|
Но было бы странным, если бы вся эта золотоносная жила без боя отошла от традиционных женских журналов. Действительно, без сообщений о быте многочисленных идолов кино и телевидения, эстрады и спорта, супер-манекенщиц и фотомоделей, миллионеров и миллионерш, политиканов и прочих знаменитостей, отнесенных к рангу «звезд», не выходит ни один из женских журналов.
Справедливости ради заметим, что не с журналов началась идоломания. Культ «звезд» в его нынешнем виде зародился по сути с появлением кинематографа — этого принципиально нового визуального средства «материализации мышления». Иллюзия достоверности происходящего на экране способствовала утверждению веры в якобы безграничные возможности, открывающиеся перед трудолюбивыми согражданами на «земле обетованной». Грезы хоть на время отвлекали людей от осмысления своего реального жизненного опыта, сплошь и рядом достаточно горького. Идеализация действительности в голливудских фильмах была не чем иным, как одной из форм осуществления политики власть имущих.
Порождать же доверие к происходящему на киноэкране в большой степени помогало обаяние исполнителей главных ролей, умевших ярко и правдоподобно воплотить предложенные им жизненные версии, наэлектризовать публику, поразить ее своими эмоциями, заставить сопереживать. Интересно, что актеру, блеснувшему в какой-то одной характерной роли, хозяева студий уже не позволяли являться зрителю в ином качестве. Ценилась ведь не столько способность перевоплощаться в разных персонажей, сколько умение закрепить удачно найденный тип, скажем, тип невинно-сентиментальной Золушки или, наоборот, искушенной в тонкостях любви женщины-вамп, стопроцентного американского парня или лихого ковбоя.
Отнюдь не случайно студии заключали с актерами контракты, строго обязывающие последних исполнять лишь слегка подновленные варианты одной и той же роли. Дельцов мало волновали последствия такой политики для творческой судьбы артиста. Магнаты американского кино не только держали «порхающих эльфов экрана» в ежовых рукавицах, но и предъявляли немалые требования к их личной жизни, к их внеэкранному «я». Объяснение несложное — актера должны были любить не только в образе экранного героя, но и как «обычного» человека. Вот тогда его участие в фильме могло застраховать от кассового неуспеха даже слабую с художественной точки зрения ленту.
С первых же шагов Голливуд ориентировался на поиск и создание «звезды». Целый штат специальных сотрудников, ответственных за связи с общественностью, был занят сотворением идолоподобного образа. Здесь требовалось искусство особого рода. Процесс сотворения кумира был продолжителен, нелегок, требовал больших затрат, а подчас и недюжинного умения манипулировать человеческим сознанием.
«Знатоки» человеческих душ обнаружили, что, не искушенные в их бизнесе, американки отождествляют актера с воплощенным им на экране образом. Иначе говоря, если героиня фильма коллекционирует, например, мужские сердца, то зрительницы готовы поверить, будто тем же самым занимается «звезда» и в реальной жизни. Те же представления складываются у них и об актере, выступающем в роли крепкого парня, раздающего направо и налево умелые удары, и об экранной Золушке, которая обязательно встречает своего принца. Перенесенные воображением с экрана на твердую почву, идолы должны были обрести и здесь все плоды жизненного благополучия, чтобы подкрепить своим примером голливудские рецепты преуспевания.
|
