|
В 30-е годы «великая депрессия» снова разбудила сотни тысяч женщин. Зарплата мужчин в ту пору была настолько мизерной, что женщины и, как правило, дети вынуждены были работать. Главной заботой трудящихся женщин стало обеспечение полной занятости, минимума заработной платы, как это уже было однажды в истории Америки.
И в эти годы немало женщин влилось в ряды социалистической и коммунистической партий. Из уст предпринимателей, правительственных чиновников и даже профсоюзных деятелей раздавались враждебные высказывания по адресу работающих женщин. Последних обвиняли в том, что они якобы отнимают работу у мужчин — основных кормильцев по-настоящему нуждающихся семей. Снова, как когда-то, давалось недвусмысленно понять, что дом, каким бы маленьким он ни был, достаточно велик, чтобы занять время и рассудок всякой женщины.
В период второй мировой войны средства массовой информации, и прежде, всего женские журналы, используемые в качестве правительственного рупора информации и пропаганды, заговорили о том, что трудиться на производстве для американки и «естественно, и патриотично». Даже дом и семья перестали быть помехой. На обложках появились фотографии женщины-сварщицы, женщины-пилота. «Больше того,— пишет американская исследовательница Б. Деккард,— при каждом удобном случае подчеркивалось, что это гитлеровская Германия старается удержать женщин в доме исключительно ради повышения роста народонаселения, что фашизм стремится навязать этот образец всему миру и что американские женщины должны сражаться с Фашизмом, работая на военную экономику».
Подобная трансформация взглядов не случайна Воина оживила экономику США, особенно военные отрасли. Корпорации, богатеющие на военных заказах, нуждались в миллионах дополнительных рабочих рук. Нашли их, прибегнув к услугам американок, составлявших огромную резервную армию труда. Во второй раз на протяжении этого века из-за нехватки мужчин и ненасытного аппетита военной машины женщинам предоставлялась возможность проявить себя полноценными труженицами. Оказалось даже, что корпорации способны обеспечить тружениц сносными комнатами для отдыха, питанием. Со своей же стороны американки показали умение после минимальной подготовки овладеть самыми сложными профессиями, причем не хуже мужчин. Равноправие длилось, однако, недолго.
Война закончилась. Женщин бесцеремонно отодвинули на довоенные рубежи. Американок, 85% которых выразили желание продолжать трудиться, начали изгонять из промышленности. Аргументы? В ход пустили весь старый комплекс дискриминации — от пропаганды «природного предназначения» женщин до увольнений в первую очередь и перевода на физически непосильные виды работ. Через полгода после окончания войны конгресс прекратил финансирование центров по уходу за детьми под предлогом якобы разрушительных последствий, которые они несут для семейного очага. Мораль проста — американкам снова указали на «привычное» место. В атмосфере антикоммунистической истерии и разгула маккартизма в стране не нашлось сил, способных помочь женщинам отстоять свои права.
Женские журналы, телевидение, кинофильмы, книги, написанные «экспертами» по семье и всевозможными популяризаторами психоаналитических и социологических теорий, еще более рьяно взялись вычерчивать «единственно правильные» линии социального поведения для мужчин и женщин. Не надо долго гадать насчет того, что предначертали американкам: все те же церковь, кухня, дети. К заработку жены опять призывали относиться как к оскорблению не только для мужа, но и для всей нации. Понятно, что стереотип жесткой дифференциации семейных ролей был тысячу раз соотнесен с потребностями буржуазного общества, позволяя бизнесу регламентировать не только производственные, но и интимные отношения американцев. «Научной базой» послужили труды 3. Фрейда и его последователей — Э. Эриксона, М. Бэкона, Г. Берри, И. Чайлда, М. Джоунг. Не забыли и социолога, главу структурно-функциональной школы Т. Парсонса.
|
