|
На самом деле двадцатый век принес достаточно свидетельств того, как кабинеты предпринимали политические акции, заключали международные сделки, от которых зависела судьба британцев, даже не ставя парламент в известность. Например, в полной тайне от него английские и французские военные эксперты договорились • в начале столетия о координации действий своих армий. Это послужило неотъемлемой частью подготовки к первой мировой войне.
Особенно ясно бессилие парламента проявилось в вопросе о создании атомного оружия и его размещении на английской территории. В 1943 году Черчилль и Рузвельт заключили соглашение о сотрудничестве в производстве атомной бомбы. Британцы узнали о нем впервые только через два года после окончания войны из опубликованной переписки американского сенатора Ванденберга.
В 1948 году был сделан первый шаг к превращению Британии в ядерный плацдарм США: Уайтхолл (так по названию улицы в центре Лондона, где расположены важнейшие министерства и учреждения, часто называют английское правительство) разрешил американским атомным бомбардировщикам базироваться на здешних аэродромах. И снова парламентариев не спрашивали. Вместо этого военные ведомства двух стран выпустили пресс-релиз, составленный таким образом, чтобы читатели могли подумать, будто речь шла лишь о временном, учебном визите американских ВВС.
История повторилась, только приобретя еще более угрожающую форму, в восьмидесятых годах, когда Вашингтон навязал ряду западноевропейских партнеров крылатые ракеты. Договоренность об этом была зафиксирована сначала на сессии НАТО, а парламенту, невзирая на бурные протесты оппозиции, это решение представили уже как свершившийся факт.
Несмотря на престиж, который сопутствует званию «эм-пи», избранники народа отнюдь не застрахованы от преследования со стороны секретных служб. Это вновь подтвердили признания двух бывших сотрудников контрразведки Эм-ай-5. Выяснилось, что Эм-ай-5 вела слежку за членом лейбористской фракции X. Хармэн, а также, без чьей-либо санкции, подслушивала телефонные разговоры многих профсоюзных лидеров. Разоблачения раскаявшихся агентов вызвали фурор в палате. Лейбористы, да и представители других оппозиционных партий призвали ограничить самоуправство рыцарей плаща и кинжала, попирающих суверенитет парламента. И чем, спрашивается, завершился этот демарш? Ровным счетом ничем. Премьер-министр просто на просто отклонила требование об установлении хотя бы номинального парламентского надзора за деятельностью секретных служб под тем предлогом, что это помешает им «защищать свободу» британских граждан.
|
