|
Мы не хотим сказать, что каждый, кого судьба не осчастливила наследством или хорошо оплачиваемой работой, непременно попадет в лапы хищников типа Кауи. Нет, сотни тысяч семей живут в сравнительно недорогих муниципальных домах. Но беда в том, что жилья не хватало и прежде. А после того, как консерваторы больше чем вдвое сократили средства, идущие на его строительство, очередь в муниципалитетах достигла таких размеров, что мало кто может надеяться получить квартиру раньше чем через десять лет. Да и понятие «сравнительно недорогой дом» тоже весьма условно. Ведь даже у тех, кто снимет дом у муниципалитета, аренда и налоги в среднем съедают до 40 процентов заработка.
Стоит ли удивляться тому, что многие лондонцы вынуждены обращаться в «Приют принцессы» и другие общежития, напоминающие работные дома XIX века. Не знаю, насколько обитатели этих домов осведомлены о разнице между фригольдом и лизгольдом и другими формами землевладения — беседовать на эту тему не приходилось. Но одну истину усвоили твердо: Лондон принадлежит не им.
О ЧЕМ НЕ РАССКАЗЫВАЮТ ПУТЕВОДИТЕЛИ
Глухие стены пакгаузов, из-за которых выглядывают фабричные трубы, мрачный силуэт заброшенной церкви на горизонте и пронзительная тишина, не нарушаемая ни рокотом автомобильных моторов, ни голосами людей. Таким предстал перед нами Салфорд — район, который не так давно считался индустриальным сердцем Манчестера. Наш спутник Рой Уитфилд, старожил Манчестера, молча указывает на вывески с надписями: «ту лет» («сдается»), взывающими со стен едва ли не каждого здания.
Время около двенадцати, разгар рабочего дня, а впечатление такое, будто попали в город, покинутый жителями. Промышленная депрессия не пощадила ни машиностроительного, ни текстильного производства, которыми славился Манчестер и его предместья. Уитфилд подводит нас к невысокой фабричной стене. «На этом месте нужно было бы установить мемориальную доску, — говорит он. — Ведь здесь располагалась прежде текстильная фабрика «Виктория», принадлежавшая фирме «Эрмен и Энгельс». В правлении этой фабрики более двадцати лет работал Фридрих Энгельс».
Манчестер в эпоху Маркса и Энгельса по праву относили к разряду «вторых великих городов Европы», подобных Лиону и Гамбургу. Именно здесь, на равнинах Северо-Западной Англии, энергия пара с особой силой раскрутила маховики промышленной революции. Первые прядильные и ткацкие предприятия, оснащенные машинами, возникли еще в шестидесятых годах XVIII века. А через сто лет Британия превратилась в мастерскую мира.
Работая в Манчестере, Ф. Энгельс мог наглядно познакомиться с тем, как функционирует промышленный капитал и как живут английские пролетарии. Мысли и наблюдения, которыми он делился в письмах к Марксу, нашли отражение в трудах основоположников научного коммунизма.
Сохранились ли дома, где жил и работал Ф. Энгельс? Лучшего специалиста для ответа на этот вопрос, чем Рой Уитфилд, наверное, не найти. Ведь наш собеседник, по профессии школьный учитель, последние несколько лет посвятил розыску мест, связанных с деятельностью Ф. Энгельса в Манчестере.
Осталась Чатамская публичная библиотека. Вы и сегодня можете посидеть за тяжелым деревянным столом в алькове библиотеки, там, где в 1845 году Маркс и Энгельс изучали труды английских экономистов XVIII века. А вот жилые дома все снесены. Причем последний пошел на слом осенью 1982 года. Увидев, что его собираются ломать, я побежал за фотоаппаратом и сделал снимки.
Да, время меняет облик старого Манчестера. Чтобы представить, как он выглядел лет сто пятьдесят назад, мы по совету Роя идем вдоль узкого, шириной метров в пятнадцать, канала и останавливаемся напротив длинного многоэтажного здания с заколоченными дверями, выбитыми окнами и знакомыми уже вывесками «сдается». Снова кладбищенская тишина и затхлый запах стоячей воды. Когда-то здесь ключом била жизнь, тяжелогруженые баржи доставляли хлопок прямо в фабричное чрево, где в страшной духоте, под оглушительный лязг машин его обрабатывали изможденные рабочие. Неудивительно, что поэт Уильям Блейк, выражая чувства многих своих современников, назвал капиталистические предприятия «темными заводами сатаны».
|
