|
Это одна из проблем, стоящих перед городскими властями. Неотложного внимания требует и жилой фонд. Правительство тори практически совсем не выделяет муниципалитетам денег на строительство жилья. А ведь многие дома получили повреждения еще во время войны.
Саутгемптон относится к числу тех сравнительно немногочисленных городов Британии, где отметины, оставленные гитлеровской люфтваффе, встречаешь на каждом шагу. Город пережил 37 воздушных налетов. Когда пришла победа, почти весь центр лежал в руинах. Напоминанием об этом служит средневековая церковь Холи руд, вернее, то, что от нее сохранилось: прямоугольная башня, стена без крыши и ровные каменные плиты пола, на котором установлен якорь—монумент морякам торговых судов, потопленных фашистами.
После войны Саутгемптон обрел новый облик: на месте развалин были разбиты парки, одновременно потянулись вверх этажи бетонного однообразия. Впрочем, центр архитекторы оставили двух-трехэтажным, органически вписав его в кольцо средневековых крепостных стен и других древних сооружений. Одно из них — башня Баргейт, с бойницами и парой каменных львов по обеим сторонам ворот, до сих пор поражает своей угрюмой величавостью. Если в XII веке Баргейт контролировал доступ в город, то впоследствии играл роль тюрьмы, ратуши, полицейского участка, пока наконец в наши дни не был превращен в музей.
— Побывайте там — не пожалеете, — сказала Марсиа Филипс, руководительница местного отделения Общества британско-советской дружбы. Мы последовали ее совету и действительно не пожалели.
В судьбе Саутгемптона, словно в зеркале, отразилась сложная и противоречивая история Британии. Были периоды, когда он принимал на себя первые удары захватчиков, и тогда в его летопись вписывались героические страницы. А с другой стороны, он часто служил трамплином для завоевательных походов. Один из экспонатов музея рассказывает, например, о вторжении во Францию при Генрихе V. Эти события послужили канвой для одноименной пьесы Шекспира. Именно здесь, у Баргейта, король, предав казни изменивших ему знатных заговорщиков, обратился к свите: «Садитесь веселей на корабли. Развернуты знамена боевые. Пускай лишусь я английского трона, коль не надену .Франции корону».
Французская корона так и не улыбнулась Генриху V, но потомки рыцарей Столетней войны впоследствии неоднократно «весело садились на корабли», чтобы покорять чужие земли. В прошлом веке отсюда отправлялись на восток воспетые Киплингом «джентльмены в хаки», а проще говоря, солдаты, которые железом и кровью создавали Британскую империю.
Как все смешалось в этой экспозиции. По соседству с колониальным разделом, где изображен высокомерный «покровитель» Африки генерал Китченер, установлена статуя «томми» в каске и с винтовкой, одного из тысяч британцев, высадившихся в Нормандии в июне сорок четвертого.
Порту на Ла-Манше довелось стать одним из центров подготовки операции «Оверлорд», и, естественно, в связи с ее сорокалетием хозяева музея отвели открытию второго фронта почетное место. На снимках вы можете увидеть, как строилась искусственная гавань, которую корабли потом подогнали к пляжам Нормандии, как для маскировки военного транспорта главная городская магистраль была накрыта камуфляжной сеткой, получить представление о действиях командос, заброшенных в тыл немецкой линии обороны на планерах.
|
