|
Н. Уэсту, можно сказать, еще повезло. С теми британцами, кто, придерживаясь демократических убеждений, пытается вскрывать факты нарушения прав человека, охранка обращается куда бесцеремонней. Аспирант Ланкаширского университета Стив Райт, на свою беду, решил написать диссертацию о политических последствиях применения полицией новой технологии. В работу должна была войти глава о подслушивании телефонов. Однако диссертацию Райту закончить не дали. В его дом ворвались шесть детективов особого отдела полиции. Допросив аспиранта, они увезли его в участок и продержали там, в течение суток. Записи и книги, которыми он пользовался, были изъяты.
Слежкой за научными работниками, юристами, журналистами занимается сектор контрразведки, носящий гриф Ф-7. В отделе А-1 работают «техники», которые непосредственно устанавливают электронную аппаратуру и организуют проникновение агентов в квартиры. Этот же. отдел имеет доступ к компьютеру министерства здравоохранения и социального обеспечения, в который заложены краткие анкетные данные большинства взрослых граждан, а также к компьютерам Скотланд-Ярда, налогового и других ведомств.
Век электронно-вычислительных машин открыл невиданные прежде возможности фиксировать любое событие в жизни обычного гражданина; зная дату рождения британца и номер учетной карточки в ведомстве национального страхования, спецслужбы могут в считанные минуты через компьютер установить, не имеет ли данное лицо задолженности перед банками, не нарушало ли правила уличного движения на автомобиле, и прочие подробности его быта. Эти детали важны, конечно, когда речь идет о поисках преступника. Но, как отмечает «Санди тайме», с помощью связанных друг с другом информационных банков власти держат в поле зрения поведение миллионов людей, никаких правонарушений не совершивших.
Расширение полномочий и влияния охранки — это симптом таких политических тенденций, которые особенно сильно дают о себе знать при нынешнем руководстве тори. Выдвинув на последних парламентских выборах демагогический лозунг «защиты индивидуума от диктата государства», консерваторы на деле лишают все новые категории -граждан тех буржуазных свобод, которыми они прежде пользовались. Это, в частности, относится к праву выезжать за границу.
Передо мной циркуляр «путешествия в коммунистические страны», изданный отделением компании «Бритиш телеком» в Ольстере. Сотрудникам этой компании, включая инженеров и монтеров, предписывается согласовывать туристские поездки в СССР и другие социалистические государства, а также в ряд развивающихся стран с органами безопасности.
Может быть, «Бритиш телеком», в ведении которой находились телефоны, а также другие виды телекоммуникаций, была поставлена в особое положение? Отнюдь нет. Ограничения на поездки в социалистические страны, а также на пользование авиа- и морскими линиями социалистических стран распространяются почти на все категории государственных служащих. А с 1984 года под них подпали и те, кто работает в парламенте, в том числе повара и официанты столовой.
Конечно, Британия — это не Чили. Усиление системы полицейского контроля здесь прикрыто внешними атрибутами законности и ссылками на необходимость защиты демократических устоев от посягательств со стороны «подрывных элементов». Но на кого, спрашивается, лепят этот ярлык? Если раньше «подрывными» называли в первую очередь членов компартии, то теперь к этой категории относят массу людей, которые в той или иной форме выражают несогласие с правительственной политикой или капиталистическими порядками.
|
