|
О том, что судьба Байрона в какой-то степени переплелась с Ноттингемом, свидетельствует лишь мемориальная доска на доме, где он жил в детстве. А о посещении в 1811 году никаких памятных знаков нет. И тем не менее благодаря умению англичан охранять старинные здания вообразить, как город выглядел в ту пору, нетрудно. Узкие улочки, петляющие по склонам холма в районе «Шелковый рынок». Веселые фасады кирпичных трех-четырехэтажных домов с портиками и белыми наличниками окон, где жила знать. Не сменил «прописки» и суд. Над его центральным входом все тот же рельеф, символизирующий карающую десницу юстиции, —пучок прутьев и топор. Правда, столбов, на которых публично вешали приговоренных к смерти, давно нет. Но вбитые в ступени у входа в здание суда три круглых камня точно указывают места, где стояли виселицы.
Нет и построенных для рабочих бараков с земляным полом и сточными канавами. Когда доведенные до отчаяния работники стали совершать нападения на фабрики и разбивать молотами станки, приводимые в действие паром, власти бросили на подавление этих выступлений войска. История не сохранила данных о том, с кем встречался Байрон в Ноттингеме. Но известно, что он увидел город запруженным драгунами и пешими солдатами. Суды без колебаний отправляли на эшафот «злоумышленников».
И в этот момент молодой лорд и мало еще кому известный литератор безоговорочно берет сторону рабочих. В своей речи в верхней палате он с негодованием обрушился на социальную систему, обрекавшую труженика на нищету. Показав, что ткачи стали жертвами не только алчных предпринимателей, но и политики Лондона, разжигавшего войну в Европе, Байрон с сарказмом обратился к пэрам: «Не говоря уже о явной несправедливости... этого билля, неужели в ваших законах еще недостаточно статей, карающих смертною казнью? Мало разве крови на вашем уголовном кодексе, что надо проливать ее еще, чтобы она вопияла к небу и свидетельствовала против вас? И каким образом намерены вы осуществить этот билль? Можно ли засадить целое графство в его собственные тюрьмы? А может быть, вы поставите по виселице на каждом поле и развешаете людей вместо пугал?»
Одинокий протест не мог, конечно, ничего изменить. Билль был принят. Но никогда раньше отчуждение между Байроном и теми, кто стоял у кормила власти, не было столь разительным. В то время когда будущая владычица морей вступила в союз с самыми реакционными монархами Европы ради сохранения существующих устоев, поэт бросил вызов деспотизму и политическому гнету внутри страны и за рубежом. Разлад с официальной Британией становился неизбежным...
Если с Ноттингемом связана лишь одна страница в биографии Байрона, то Ньюстедское аббатство — это целая глава. Хотя за 19 лет владения Ньюстедом он жил там недолго, поэт полюбил его с первого же знакомства, которое состоялось в 10 лет. О привязанности к гнезду предков он писал неоднократно. Вспомним хотя бы строки из «Дон Жуана»:
Густым плющом увит и оплетен, Сей мрачный свод, как темное виденье, Напоминал о бурях прошлых дней Непримиримой строгостью своей.
Ньюстед и сегодня излучает колдовское очарование. Каменная ограда, аллея, вдоль которой шумят листвой вековые дубы. За ними взору приезжего открывается панорама озерца и полуразрушенного древнего здания, напоминающего то ли монастырь, то ли небольшой замок. От западного крыла осталась одна стена с зияющим проломом окон. На этом месте еще в XII веке была заложена церковь. Глядя на нее, нетрудно вообразить, как по двору проходили процессии живших здесь августинских монахов в черных сутанах и капюшонах.
|
